“Раздвоение личности” остается бытовым выражением, а не диагнозом. Им называют и резкие перепады настроения, и внутренние противоречия, и шизофрению, и состояние, которое в медицине обозначают как диссоциативное расстройство идентичности. Путаница настолько распространена, что с нее стоит начать.

Почему раздвоение личности путают с шизофренией

Источник путаницы в самом названии. Греческое “схизо” означает “расщепляю”, поэтому шизофрению часто понимают буквально, как расщепление на несколько личностей. На самом деле речь идет о расщеплении между разными психическими функциями: мышлением, эмоциями и восприятием внутри одной личности.

Разница между двумя состояниями принципиальная.

Шизофрения относится к психотическим расстройствам. Ее стержень составляют бред, галлюцинации, расстройства мышления, снижение эмоциональной выразительности и мотивации. Личность у человека при этом остается одна.
Диссоциативное расстройство идентичности относится к диссоциативным, а не к психотическим состояниям. Здесь нарушена целостность самосознания и памяти, а психотических симптомов в классическом виде нет.

Еще одной распространенной подменой служит биполярное расстройство. Смена фаз настроения иногда описывается как “два человека в одном”, хотя речь идет о перепадах аффекта, а не о разных идентичностях.

Что такое диссоциативное расстройство идентичности

Диссоциативное расстройство идентичности (ДРИ) описывают как наличие у человека двух или более относительно устойчивых состояний идентичности, каждое со своей манерой поведения, воспоминаниями и отношением к себе и миру. Переключение между ними сопровождается провалами в памяти на повседневные события, которые выходят за пределы обычной забывчивости. В МКБ-10 состояние обозначено кодом F44.81 в группе диссоциативных расстройств, наряду с другими рубриками классификации психических расстройств.

Диссоциация сама по себе не является болезнью. Короткие эпизоды отстраненности знакомы многим, например когда человек не помнит дороги домой. О расстройстве речь идет тогда, когда разъединение становится стойким, влияет на память и идентичность и существенно нарушает жизнь.

Связь с тяжелой детской травмой

Самая распространенная модель объясняет ДРИ как следствие хронической травматизации в раннем детстве: повторяющегося насилия, пренебрежения, жизни в условиях постоянной угрозы со стороны тех, кто должен был защищать. Ребенок не может ни убежать, ни изменить ситуацию, и психика прибегает к отделению невыносимого опыта. Части памяти и переживаний остаются вне общего “я”.

Это объясняет, почему симптомы ДРИ редко бывают изолированными. Рядом обычно есть посттравматическое стрессовое расстройство, депрессия, тревога, нарушения сна, самоповреждение, а также деперсонализация как отдельный симптом.

Как проявляется

Провалы в памяти на периоды времени, найденные вещи, сообщения или записи, которых человек не помнит.
Ощущение, что действия происходят будто не с ним, или что внутри есть другой “голос”, который комментирует и спорит. В отличие от галлюцинаций при психозе, эти переживания обычно воспринимаются как внутренние.
Резкие изменения поведения, почерка, манеры речи, привычек, замеченные окружением.
Ощущение нереальности себя или окружающего мира, близкое к дереализации.
Хроническое ощущение внутренней разъединенности, трудности с ответом на вопрос, кто я.

Люди с ДРИ чаще всего обращаются за помощью не из-за “других личностей”, а из-за депрессии, тревоги, бессонницы или последствий травмы. Средний путь к правильному диагнозу занимает годы.

Споры вокруг диагноза

Честно говоря, ДРИ остается одним из самых дискуссионных диагнозов в психиатрии, и об этом стоит говорить прямо.

Часть специалистов считает его следствием ранней травмы, как описано выше. Это преобладающая модель в современных руководствах.
Другая часть подчеркивает роль внушения: симптомы могут формироваться под влиянием определенных психотерапевтических техник, в частности гипноза с поиском “вытесненных воспоминаний”, а также под влиянием культуры, фильмов и сообществ в интернете.
Частота диагноза резко отличается между странами и даже между отдельными клиниками, что указывает на влияние диагностических традиций.
Воспоминания, восстановленные под гипнозом, не считаются надежным доказательством событий. Память реконструктивна и поддается влиянию вопросов.

Практический вывод для пациента прост. Опыт страдания реален в любом случае, и он требует помощи. При этом поспешный диагноз без тщательного обследования способен навредить, поэтому осторожность специалиста здесь не является недоверием к человеку.

Диагностика

Обследование проводит врач психиатр, при необходимости вместе с психотерапевтом. Оно включает:

подробное клиническое интервью и историю жизни, с осторожным отношением к вопросам о травме;
структурированные шкалы оценки диссоциации как вспомогательный инструмент, а не как основание для диагноза;
скрининг депрессии, тревоги, ПТСР, риска самоповреждения;
дифференциальную диагностику с шизофренией, биполярным и пограничным расстройством личности, эпилепсией височной доли, последствиями черепно-мозговой травмы и влиянием психоактивных веществ;
при необходимости неврологическое обследование.

Обследование обычно требует нескольких встреч. Диагноз, поставленный за одну короткую консультацию или по результату онлайн-теста, доверия не заслуживает.

Лечение

Основным методом остается длительная психотерапия. Современные подходы описывают поэтапную работу.

Стабилизация и безопасность. Снижение самоповреждений, налаживание сна, навыки заземления при эпизодах диссоциации, выстраивание безопасного быта. Этот этап самый долгий и самый важный.
Работа с травматическим опытом. Постепенная, дозированная, только после достигнутой стабильности. Форсирование этого этапа ухудшает состояние.
Интеграция и возвращение к жизни. Восстановление целостного ощущения себя, работа с отношениями, учебой, профессией.

Медикаменты не лечат само расстройство, но психиатр назначает их при сопутствующих состояниях: депрессии, тревоге, нарушениях сна, последствиях травмы. Гипноз с целью “извлечь воспоминания” при этом состоянии не рекомендуют из-за риска формирования ложных воспоминаний.

Прогноз зависит от длительности расстройства, тяжести травматического опыта и регулярности терапии. Многие пациенты достигают стабильного состояния, восстанавливают работу и отношения, хотя работа занимает годы.

Частые вопросы

Раздвоение личности и шизофрения означают одно и то же?

Нет. Шизофрения относится к психотическим расстройствам с бредом и галлюцинациями. Диссоциативное расстройство идентичности касается памяти и самосознания, психотических симптомов в классическом виде при нем нет.

Опасны ли люди с этим диагнозом?

Стереотип об опасности происходит из кино. На самом деле риск направлен скорее на самого пациента, в виде самоповреждений, чем на окружающих.

Можно ли определить это расстройство по онлайн-тесту?

Нет. Тесты могут выявить повышенный уровень диссоциации, но диагноз ставит только врач после полного обследования, с исключением неврологических и других психических причин.

Сколько длится лечение?

Речь идет о годах регулярной психотерапии. Первые результаты в виде лучшего сна, меньшей тревоги и более редких эпизодов диссоциации обычно появляются значительно раньше.

Если вы сталкиваетесь с провалами в памяти, ощущением внутренней разъединенности или последствиями травматического опыта, запишитесь на консультацию в клинике “PALMIRA Mental” в Киеве. Свяжитесь с нами через страницу контактов или посмотрите другие направления психиатрической помощи.